[...Богиня...]
Когда грудную клетку сжимает бездонная пустота, становится больно. Хочется крикнуть:"люблю!", а вырывается лишь слабое:"помоги мне..."(c)
Пина: Танец страсти.
Вим Вендерс

«Меньше всего я интересуюсь тем, как люди двигаются, меня интересует, что ими движет.» — Пина Бауш.



Когда я впервые услышала об этом фильме, Пина Бауш была для меня абсолютно новым именем, никогда никем не произносимым ранее. Уже через пару минут я твердо уяснила, что она хореограф, руководитель театра, режиссер с невероятно гениальными идеями и пристрастием к своей работе, и что мне должно быть стыдно, что я ни разу не сталкивалась с ней и ее творчеством. И мне действительно стало стыдно.
Во время пары нам удалось увидеть незначительные кусочки из фильма и вскользь обсудить их. Но внутри меня уже зарождалось невероятное желание увидеть все сцены, я почувствовала дикий интерес к этому человеку, к этой личности, поэтому когда нам разрешили написать отзыв и на этот фильм, я, не буду скрывать, очень обрадовалась.
Выбрав время для просмотра, я спокойно разложилась у ноутбука и с предвкушением уставилась на экран. Заиграла музыка, я увидела сцену, усыпанную землей, и девушку, а за ней еще одну, и еще, и еще… Девушки выходили в тоненьких ночных сорочках, с торчащими ключицами и плохо убранными волосами. Буквально с первых секунд мне стало ясно, что даже дышать как-то волнительно, настолько меня захватывали движения этих девушек. Они не танцевали, а именно двигались, передавая в каждом взмахе руки свои эмоции. Чем меньше становилось движений, тем больше незримого монолога исходило от каждой из них. Я смотрела, пытаясь не упустить ни малейшей детали, пытаясь понять, что они жаждут рассказать мне. На сцене появилась группа мужчин. И женщины и мужчины изменили движения на более резкие, синхронные. Их лица и тела, измазанные в грязи и земле, казались еще более красивыми в этой пластической зарисовке. Красный лоскуток, оказавшийся в последствие также ночной сорочкой, был центром всего, словно за него цеплялась каждая из танцовщиц, умоляя, чтобы он достался именно ей.
Что хотела сказать нам Пина? Я не берусь выяснять истинный режиссерский замысел, я не стала искать его в интернете и “гуглить”, мне просто стало действительно интересно, что испытываю лично я. И в этот момент ко мне ясно пришла эмоция - сострадания, я почувствовала себя одной из этих девушек, сжимающих ладонями землю, ломкими движениями бьющих себя локтями, подбегающих к мужчине с этим красным лоскутком с таким взглядом, который невозможно сыграть, это возможно лишь прочувствовать…
Так же я была в восторге от задумки режиссера Вима Вендерса сделать труппу Пины, которая рассказывала о ней и о процессе их совместной работы, немыми. Они просто молча смотрели в камеру, в то время как мы, зрители, слышали их внутренний монолог (отдельно записанный). Танцоры - молчат, они выражают свои эмоции в пластике, в танце, и это необходимо было учитывать.
Что восхищает меня в самой Филиппине Бауш? Это невероятная женщина, и этих слов мало, чтобы выразить действительно все, что я испытываю к ней, после увиденного и прочитанного. Она не бросила своих танцоров даже тогда, когда те постарели, а наоборот, придумала невероятные спектакли и даже фильмы с участием старых и молодых (“Зоны контакта. Дамы и господа за 65” и “Зоны контакта. Дамы и господа за 14). Как заразительно, нам, как зрителям, наблюдать за процессом старения людей прямо на площадке, ведь это ждет каждого из нас. Вопрос времени останется всегда актуальным вопросом.
Помимо этого фильма я посмотрела короткометражку “кофе с Пиной”, снятую в основном в процессе ее работы, в самом центре этого волшебного действия. Она была на английском языке, но даже моего скромного владения английским хватило на перевод, я осталась под чарующим влиянием фильма. И так же я не смогла упустить два фильма с ее участием: Федерико Феллини “И корабль плывет…” и Педро Адьмадовар “Поговори с ней”, где Пина сыграла саму себя. Невероятно! У меня просто нет слов! Эта женщина ходила в мужских костюмах и огромных мужских ботинках, курила сигареты одну за одной, но при этом оставалось настолько женственной и хрупкой, что даже мне хотелось через экран обнять ее и посмотреть эти большие печальные глаза. В спектакле “Кафе Мюллер”, где Пина сама танцевала с закрытыми глазами, выражая во всем своем теле полное одиночество и отсутствие взаимопонимания, она высказывала всему миру самое сокровенное и интимное, что было у нее в душе через этот танец.
После всего отобранного мною и просмотренного материала, я находилась в состоянии.. не знаю как называть… в желании “творить”, “танцевать”, “любить”... Я благодарна режиссеру и вообще всем создателям этого фильма за то, что именно с него зародилась моя любовь к этой женщине. Мне бы хотелось научится выражать свои чувства и эмоции в танце, в одном лишь взмахе руки, в перебирании пальцами, все это прекрасно. И каждый человек способен на это, теперь я уверена в этом абсолютно точно. Не должно быть комплексов и зажимов, мы должны научиться отпускать себя.

Ведь, по словам Пины, главное не то как ты двигаешься, а то, что тобой движет.